Великий пост: становление

«Фарисей, … молился сам в себе так: Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи, или как этот мытарь: пощусь два раза в неделю, даю десятую часть из всего, что приобретаю. Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаз на небо; но, ударяя себя в грудь, говорил: Боже! будь милостив ко мне грешнику!» (Лук.18:11-13). Нет ничего глупее убеждённости в том, что пост, как система правил воздержания – есть способ спасения души, что он является причиной или того абсурдней, источником благодати.

     Пост – неизбежность падшего мира. Пост как воздержание, возник в первобытном обществе, и по сути является естественным состоянием для человека, (так, например, и сегодня для большинства жителей Африки хлеб и мясо – роскошь). Пост неизбежен по трем причинам:

     Природная. Пост — отражение влияния природных циклов на жизнь людей, когда менялись виды продуктов питания в зависимости от времени года. Отсутствие их как бы само собой вызывало временное воздержание от употребления то одних, то других продуктов. Чтобы как-то регламентировать заготовку и расходование продуктов в течение года, первобытная община, а позднее каждый род и племя устанавливали свой обычай накладывать временный запрет на употребление того или иного продукта питания.

Физиологическая. Пост — обычай закалки организма голодом, для того чтобы уметь обходиться без пищи в течение длительного времени в период кочевий, войн, охоты, засухи. У скотоводов прием пищи и питье воды обычно производились вечером или ночью, так как есть или утолять жажду в знойные дневные часы считалось вредным. Обычно кочевник-бедуин принимал пищу, устроившись на ночлег. Так постились все народы древности, включая и первохристиан.

Религиозная. Наша телесная сторона все время оказывает давление на душевную… Всякий нравственный человек, постоянно противостоит этому плотскому давлению, «ибо плоть желает противного духу, а дух – противного плоти» (Гал. 5, 17). Пост помогает в этом деле. На какое-то время отказываясь от того, к чему привыкли, без чего и жизнь себе не представляем, – мы воспитываем душу, учим ее противостоять требованиям плоти…  Своим постом человек показывал Богу, что готов от многого отказаться, предпринять очень и очень значительные усилия, лишь бы Господь откликнулся на молитву, помог. Пост воспринимался, как жертва Богу в обмен за Его благосклонность.

Пост не является христианским установлением. Посты существовали и существуют во всех мировых религиях с глубокой древности до сегодняшнего дня и соблюдаются по схожим причинам:

  • – по случаю болезни или смерти близких людей;
  • – перед решающими событиями, исход которых полностью зависел от Божьей милости;
  • – в знак глубокого, искреннего покаяния и смирения пред Богом;
  • — для достижения полноценного общения с Ним.

Возлагая на себя пост, чаще всего, воздерживались не от пищи какого-то рода (как сегодня), а вообще ничего не ели и не пили; воздерживались также от супружеских отношений, а люди стремящиеся к духовному возрастанию воздерживались и от всяких желаний. Пост обычно длился один день, от рассвета и до захода солнца, или же в течение суток – 24-х часов. В особых случаях воздержание от пищи и питья продолжалось три дня.

Были посты и более продолжительные. Ветхий Завет говорит и о семидневных постах, о постах в течение трех недель и даже о сорокадневном посте. Сорокадневный пост предпринимался в исключительных случаях – как особый подвиг. Человек ничего не вкушал, но пить ему разрешалось. Сам Спаситель признавая пост, выдержал самый суровый из тогда возможных – он провел в пустыне 40 дней без еды после крещения перед началом Своего миссионерского служения. Так всякий вступающий в социальный институт пророческого служения в Израиле, или в Египте готовящийся стать жрецом, или за полярным кругом проходящий посвящение в шаманы, обязан был пройти многодневный пост.

Посты в Израиле были делом добровольным. Но в VI век до н.э. у иудеев, во время пребывания в Вавилонском плену, появляются новые правила поста, все израильтяне стали соблюдать тогда четыре обязательных постных дня в году, а именно:

  • – девятый день четвертого месяца (таммуз), в который был взят Иерусалим;
  • – десятый день пятого месяца (ава), в который был разрушен Иерусалим и сожжен Храм;
  • – один из дней седьмого месяца (тишри) в память об убийстве Годолии;
  • – десятый день десятого месяца (тевет), когда началась осада Иерусалима.

Конечно, каждый мог предпринять и другие посты, но эти четыре постных дня были обязательными. К тому же, ко времени пришествия Спасителя, многие иудейские духовные лидеры стали поститься дважды в неделю (вторник, четверг) не только в некоторые месяцы, но и круглый год.

А так как Христос, будучи членом «ветхозаветной церкви», пришёл не низвергнуть её, а наполнить Духом Святым: «не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить» (Матф.5:17), то и первые христиане были иудеохристианами, и принимали ветхозаветный закон наравне с христианскими заповедями, как впоследствии в Риме и юридические формы языческого права легли в основу административного устроения церкви и христианского государства. Сам Христос говорил: «кто не против вас, тот за вас» (Марк.9:40). Ветхозаветная символика проецировалась на новозаветное устроение церкви, что отразилось в богослужении и в уставных правилах, в том числе и в правилах поста. Как и у иудеев христиане установили четыре обязательных поста в году и два постных дня в неделю.

Формирование структуры и принципов проведения Великого поста заняло несколько столетий. Истоки Великого поста следует видеть в пасхальном посте, который во II–III вв. совершался в пасхальную ночь в память Страстей Спасителя (сама Пасха изначально понималась христианами двояко: как праздник Воскресения и как воспоминание Страстей) и прекращался с рассветом, когда совершалась Евхаристия.

Сегодня мы Великий пост практически не отделяем от Страстной седмицы. Одно перетекает в другое без всякого перерыва в посте. На самом же деле Великий пост и Страстная – разные периоды жизни Церкви. Между ними есть даже два непостных дня. Они не относятся к сорока дням поста и не принадлежат Страстной. Это Лазарева суббота и Вербное воскресенье.

Так вот, Великий пост и Страстная седмица имеют причиной своего происхождения две разные благочестивые традиции: страстная неделя появилась из желания христиан почтить молитвой и воздержанием Страсти Христовы, а великий пост возник как период аскетической подготовки людей, желающих принять Таинство святого Крещения. И первое, и второе происходило перед Пасхой. Пасха, Воскресение Христово – увенчало Его Страсти, и на Пасху же совершалось крещение желающих вступить в Церковь.

Страстная неделя. От самых первохристианских времен мы имеем свидетельства, что перед Пасхой верующие люди постились. Единообразия в этом вопросе примерно до III в. не было. Одни советовали поститься лишь один день, иные постились всю неделю. В письме св. Иринея Лионского, написанном около 180 г., упоминается о спорах относительно продолжительности этого поста: «некоторые думают, что нужно поститься только один день, другие – два, иные – несколько, а иные – сорок часов. И эта разность в соблюдении поста произошла не в наше время, но задолго до нас, у наших предков получила свое начало». Этот пост перед Пасхой с воспоминанием Страстей Христовых и был тем, что ныне мы называем Страстной седмицей.

Великий пост. Несколько иначе шло развитие того поста, которым постились все желающие принять Крещение. О том, что перед принятием Крещения нужно пройти через какое-то испытание, воздержание, споров не было. Обычай поститься перед принятием судьбоносных решений, при вступлении на ответственную должность – традиция еще дохристианская. Вспомним 40-дневные посты Моисея, Илии, Спасителя.

В первохристианские времена разный по продолжительности пост предписывался желающим принять Таинство Крещения. Это сегодня мы имеем грустную и порочную практику, что крестят всех желающих, не проверяя подлинности их желания. В Древней Церкви кандидат на Крещение должен был делом, а именно – аскетическим подвигом доказать серьезность своих намерений.

У автора послеапостольского времени, св. Иустина Философа, первым из святых отцов описавшего практику Крещение своего времени, находим этому подтверждение: «кто убедится и поверит, что это [христианское] учение и слова наши истинны, и обещается, что может жить сообразно с ними, тех учат, чтобы они с молитвою и постом просили у Бога отпущения прежних грехов, и мы молимся и постимся с ними. Потом мы приводим их туда, где есть вода, они возрождаются … как сами мы возродились, то есть омываются тогда водою во Имя Бога Отца и Владыки всего, и Спасителя нашего Иисуса Христа, и Духа Святаго». В этом документе самого начала II века мы находим удивительное указание на то, что желающие принять Крещение постятся, и «мы молимся и постимся с ними».

Крещение, как уже говорилось, обычно, совершалось в Пасху, поэтому пост перед Крещением являлся как раз предпасхальным постом. Но готовящиеся ко Крещению постились не обязательно 40 дней, а произвольное время. Лишь к IV в. общепринятой традицией пощения (и в честь Страстей Господних, и для подготовки ко Крещению) стал 40-дневный пост, по примеру Христа Спасителя.

Можно сказать, что на протяжении всего IV в. святые отцы внушали прихожанам важность этого поста, говорили о том, как много он дает душе христианской, какие открывает горизонты духовного роста.

Но если на Востоке принимали сорокадневный пост с воодушевлением, то на Западе к нему привыкали неохотно. На Западе Великий пост всегда, и сейчас, был мягче, чем на Востоке.

Римская паломница Эгерия, посетившая Восток, оставила уникальное описание того, как постились в Палестине в дни Великого поста: кто-то не ел всю неделю, кроме небольшого обеда в субботу и трапезы в воскресенье; некоторые питались раз в день после захода солнца; другие ели не до сыта, а по понедельникам, средам и пятницам совершенно воздерживались от пищи… Словом, каждый постился, как мог, никаких предписаний здесь не было, причем, как замечательно свидетельствует Эгерия: «никто не требует определенного числа дней поста, но каждый постится по своим си­лам. И не получает ни похвалы, кто творит много, ни порицания, кто творит меньше. Ибо таков обычай здесь».

В V – VIII вв. на Востоке было много традиций пощения. Вместо полного воздержания от пищи появился обычай отказываться от пищи какого-то рода, например мясной. Или же воздерживались от пищи до какого-то времени. Такой пост предписывал преп. Ефрем Сирин даже детям. Он говорил, что хорошо, если бы дети воздерживались в дни Четыредесятницы от пищи хотя бы до 9 утра. Кто может, до полудня, а великовозрастные дети – и до 3 часов дня.

Развитие дисциплины Великого поста на Руси. На Востоке заметную роль стали играть монастыри. Исторически это связано с рядом причин. Одна из них – стояние в истине монахов во времена иконоборчества. Авторитет монахов был так высок, что миряне, духовно окормляясь у приходского священника, периодически посещали и какого-нибудь авторитетного монаха в монастыре. Его советам внимали, по монашеской жизни поверяли свою.

И в отношении поста ориентиром становится монашеская дисциплина. Но если на Востоке миряне прекрасно понимали, что монашеские требования – лишь высоко заданный уровень, к которому следует в той или иной мере стремиться, но он необязателен, то на Руси монашеский Устав поста восприняли как непреложный канон, сначала в отношении поста был принят Студийский Устав, потом – Иерусалимский… И как-то забывается, что это именно монашеские Уставы, написанные для монахов, пригодные именно им – живущим в монастыре, не обремененным тем рядом забот и сует, которыми обременены люди, живущие в миру.

Все же: что это за упомянутые Уставы, по которым жили монахи? Это, прежде всего, Устав монастыря св. Феодора Студийского, или, как принято говорить, Студийский Устав. Этот монастырь обладал большим авторитетом, назывался Лаврой, то есть великим монастырем. Трудами преподобного Феодора в этом монастыре был разработан Устав монашеской жизни и богослужения. Одна из тем Устава – пост. Согласно Студийскому Уставу, в Великом посту дозволялось есть один раз в день, в 3 часа пополудни. Это время окончания церковной службы. В праздничные дни, субботы и воскресенья ели дважды в день, причем в эти дни дозволялось оливковое масло и вино. Наиболее строгий пост соблюдался в первую и четвертую (Крестопоклонную) недели; разрешалось лишь сухоядение. В пищу употреблялись сушеные и неразваренные плоды, притом без масла. Вино принимать запрещалось, вместо него пили так называемое благосмешение из перца, тмина и аниса.

В Страстную седмицу, что может показаться удивительным, был нестрогий пост, а в Великую субботу, в которую нынешний Устав предписывает полное воздержание от пищи, в 5 часов пополудни полагалось разговение: иноки вкушали сыр, яйца и испивали по три чаши вина. Студийский Устав был принят основателем иночества на Руси, игумном Киево-Печерского монастыря, преподобным Феодосием Печерским. Именно на него в отношении постов ориентировались древнерусские духовники, определявшие норму пощения для верующих.

Русским духовенством не было понято, что это именно монашеский Устав и во всем объеме применять его к мирянам нецелесообразно.

Причем, что уж совсем странно, подобный пост на Руси стали предписывать не только взрослым, но и детям. Если в Греции дети практически не воздерживались от еды, на Руси сначала стали учить, что ребенок с двух лет должен воздерживаться от молочной пищи, а затем этот срок понизили до года.

Некоторые не по уму ревностные русские духовники стали учить, что ребенок может сосать материнское молоко только в один пост, а на третий должен поститься. Под постами тут стали понимать вообще все многодневные посты года, а их 4 (в то время было 3, Успенский пост появился на Руси с XIV столетия).

Но одновременно с этими неудобовразумительными строгостями рыба не считалась скоромным блюдом и ее можно было вкушать мирянам во все посты. В течение 13–14 вв. на Руси произошла смена Уставов. Со Студийского русские монастыри перешли на Иерусалимский. А этот Устав был еще более строгим. Мы помним из рассказа Эгерии о неких евдамадариях, которые во многие дни поста вообще не вкушали пищи. Вот эта тенденция – полного воздержания от пищи в особые дни – и пришла на Русь вместе с Иерусалимским Уставом.

Вот его пищевые требования. Рыба разрешается только в праздник Благовещения (если он не совпадал со Страстной седмицей) и в Вербное воскресенье, а в иные дни не позволяется не только рыба, но и растительное масло. В первую неделю поста Иерусалимский Устав так же, как и Студийский, предписывает мирянам сухоядение (без масла) однажды в день, время принятия пищи – 3-й час пополудни. Монахи же с понедельника до среды первой недели должны проводить без пищи. В среду на трапезе разрешается хлеб с теплой водой. Остальные дни – четверг и пятница – проводятся также без пищи. Для больных разрешается хлеб с водой, а тяжелобольным дозволяется по захождении солнца вкушать пищу ежедневно. В остальные недели пять дней инокам предписывается сухоядение, а в понедельник, среду и пятницу всех недель пост еще строже. На Страстной седмице и миряне, и иноки могут лишь есть хлеб, «зелие неварено» и пить воду с воздержанием. В Великий четверг разрешается вареная пища, но без масла. Великий пяток предписывается проводить без пищи, а в Великую субботу – поститься до 9 часов вечера, после чего разрешается вкушать хлеб. В субботы и воскресенья мирянам и инокам предписывается масло и вино.

В соблюдении поста мирянам так же, как и инокам, следовало руководствоваться рассуждением своего духовного отца. Эти предписания были настолько строгими и неподъемными для жителей нашего климата, что многие епископы своими циркулярами смягчали их. В монастырях также существовали свои особые правила.

Миряне могли следовать монашескому Уставу, но могли поститься и более щадяще. Вот какое предписание о посте на 1-й недели Великого поста дает, например, Домострой, известный памятник русской литературы и благочестия XVI в.: «Хлебцы постные, икра паюсная, икра осетрия осенняя и свежая, икра стерляжья, ксени [икра] лососисти [красная], щучьи с шафраном и черные, кашка белые рыбицы, судачья, белужья, севрюжья, снетки, суши, пласти карасовые, икры вареные и пряженые, пупки сухие и пресносольные, вязиги в уксусе, стерляднна бочечная и кислая, языки мокрые, теши осетровые и белужьи, лапша гороховая, яглы [катышки из мха ягеля] с маковым соком, горох чадцкой цежоный и витой, двои шти, блины, да луковники, да левашники [жаренная на сковороде сладкая лепешка с начинкой в одном углу], да пироги подовые с маком».

Таким образом, и в самый строгий пост за столом богатого горожанина можно было увидеть более 30 различных кушаний, в том числе рыбных. В монастырях, а в иных особенно, постились очень строго. Иностранцы были поражены таким строгим соблюдением поста русскими людьми. Так, архидиакон Павел Алеппский, посетивший Москву с Патриархом Антиохийским Макарием, при Патриархе Никоне (XVII в.), писал следующее: «В этот пост мы переносили с ним большие мучения, подражая им против воли, особливо в еде: мы не находили иной пищи, кроме размазни, похожей на вареный горох и бобы, ибо в этот пост вообще совсем не едят масла. По этой причине мы испытывали неописуемую муку… Как часто мы вздыхали и горевали по кушаньям нашей родины и заклинали, чтоб никто впредь [в Сирии] не жаловался на пост».

Такая дисциплина – для монахов строгий пост, для мирян послабление – дошла и до нашего времени.

P.S. Самое трудное для современного человека, впрочем, как и для человека любой эпохи, — подвести итог пережитому, и на основе опыта будущее сделать осмысленнее и плодотворнее. Гораздо чаще бывает, что и настоящее, и будущее так и остаются невнятностью не понятого прошлого. Случается христианин, начинает свой путь в поисках Христа, а заканчивает в самодовольной самодостаточности уставных предписаний. Чтобы с нами не случилось того же, будем учиться читать историю «между строк» и делать выводы, чтобы не удалиться от Бога ещё дальше чем мы есть…

  • Пост – неизбежность падшего мира, а не христианское установление.
  • Пост – состояние естественного воздержания от излишеств, способствующее телесно – психическому здоровью человека, независимо от его религиозной принадлежности, поэтому не может являться христианской добродетелью.
  • Пост – способ воспитания воли необходимой для успешной человеческой деятельности. Попытка ума взять власть над телом, выстраивание здоровых взаимоотношений между ними.
  • Пост – это воздержание во всем, а не отказ от каких-то конкретных продуктов или желаний. Чувство меры – всегда неудовлетворённость во всём.
  • Пост – то пограничное состояние при котором не теряется острота ощущений так необходимых для познания мира и богопознания.
  • Пост – основа здорового образа жизни, следовательно здорового тела. А в здоровом теле здоровый дух, способный воспринять реальность присутствия в мире Духа Святаго.
  • Пост – культура души и тела, а не духовный подвиг верующего, потому ожидать за него награды, прямо говоря, нелепость религиозного инфантилизма.
  • Пост – Богу не нужен, он необходим нам для того чтобы мы поставили себя в такие условия, в которых наше сознательно порабощенное «эго», страдая от неосуществимых вожделений, училось состраданию. Ведь сострадать возможно только страдая.
  • Пост – есть свержение власти своих «животных» инстинктов, и удобрение почвы на которой начинает произрастать человеческое семя «образа и подобия Божия».
  • Пост, не зависимо от религиозной принадлежности любого человека, для которого Красота, Истина, Любовь не пустой звук — есть естественное состояние души и тела, потому что эти сущности в мире постигаются исключительно жертвенным путём. Истинный пост начинается, когда мы жертвуем своим благом ради чужого блага.

Будем всегда помнить, что фарисей ушёл менее оправданным чем мытарь, «ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится» (Лук.18:14).

                                                                           *  *  *  *  *  *  *

     Жили в бедном селении на границе пустыни два брата. Однажды они услышали, что на другой стороне пустыни есть плодородный оазис и очень щедрый царь, принимающий всех, как своих детей. Единственное что нужно – перейти пустыню не погибнув от жажды, зноя и голода. Но именно к этому и не были готовы братья, они были слабы. Братья понимали, пока они не обретут силу, все попытки их перейти пустыню будут тщетны, и они начали тренировать себя.

      Через некоторое время братья заметили, что люди начали смотреть на них с благоговейным почитанием. Братья по разному восприняли это. Один брат стал сомневаться, стоит ли идти неизвестно куда, неизвестно к кому, если благодаря обретённой силе можно и в своём селе прожить хорошо. Используя силу, как источник дохода, почет и уважение от более слабых односельчан будут обеспечены.

      Другой же брат остался верен своей мечте. Он понимал, что сила нужна только ему и только для того чтобы преодолеть пустыню и забыть о ней. Так как там куда он собирается —  не сила, а смирение и любовь цена усыновления щедрому царю.